главная

 Путь к признанию | Две Флоренции | Античные сцены | Расцвет творчества | Поздние мадонны | Сломы форм

Ад, Чистилище и Рай Сандро Боттичелли

В 90-е годы возникает еще одна значительная работа Боттичелли – его иллюстрации к «Божественной комедии» Данте. Это единственный большой графический цикл Боттичелли, так как его подготовительные рисунки, поражающие одухотворенной трепетностью линий, блестящей виртуозностью, очень немногочисленны.

Рисунки к «Божественной комедии» не всегда находят подобающую оценку. Обычно историки указывают на то, что фантазия Данте была чужда самому существу творчества Боттичелли. Но лучшие листы поражают своеобразием и яркостью образного звучания.

Грандиозный мир «Комедии» (так назвал свой труд сам Данте, эпитет «божественная» утвердился за ним позже) с ее природой, историей, человеком, моральной системой был воспринят сквозь призму идеи о страстях и движениях души. В этой своеобразной интерпретации Ад понимался как внутреннее состояние порочной души, которая испытывает не физические, а «воображаемые» мучения дисгармонии, подавленности, кошмаров. Пейзажу и фигурам, изображенным Данте, придавали значение иллюзии, возникающей в глубинах человеческого сознания. Боттичелли два раза обращался к иллюстрированию «Комедии».

В 1481 году по его рисункам были выполнены гравюры к ее типографскому изданию. В 1490-е годы Лоренцо ди Пьерфранческо Медичи заказал Сандро рисунки на пергаменте, сопровождавшие текст поэмы.

Рисунки, иллюстрирующие песни «Ада», заполненные маленькими, мечущимися фигурками грешников полны тревожной сумятицы линий; некоторые из них, где повторяется мотив грандиозной лестницы-свода, соединяющей круги ада, есть подлинное суровое величие.

В листах, посвященных «Чистилищу», сложно разработанный фон заменяет звонкая пустота, весь рисунок становится более легким, прозрачным, ритм, объединяющий вереницы обреченных «Ада» словно рассыпаются на наших глазах. В последних листах чистилища фигуры начинают трепетно и радостно тянуться вверх, появляются тонкие деревца; легкий и хрупкий ритм их веточек и листьев, намеченных каллиграфически изящной линией, создает атмосферу еще неуверенной радости. Образы «Чистилища» большей степени открыты внутреннему миру Боттичелли. В его прозрачных порывистых рисунках заключено своеобразное соответствие их поэзии, в них оживает атмосфера света, воздуха и простора.

Изображая путь умерших, Боттичелли ассоциирует его с неоплатоническим пониманием «Комедии». На картины Данте он проецирует образ восхождения души, когда, очищаясь от страстей, она подготавливается к созерцанию сверхчувственной красоты.

Следуя за видениями, одновременно смятенными и светлыми, мы подходим к завершающим листам «Чистилища», которые иллюстрируют сцены в Земном Раю.

Подход Боттичелли к иллюстрированию «Рая» удивителен в своей новизне. Художник отказывается от современной ему традиции развертывания повествовательной линии текста. Он дает лишь суммарное представление о песни, концентрируя ее содержание в лаконичной выразительности двух фигур, Данте и Беатриче, заключенных в круг неба. В иллюстрациях к «Раю» почти всю плоскость листа заполняют фигуры Данте и Беатриче, и их бесконечно повторяющемся диалоге раскрываются тончайшие оттенки чувства: радостный порыв, вера, смущение, укор, восхищение; живые, порывистые росчерки линий на ничем не заполненном белом фоне создают ощущение радостной вибрации, заполненности светом всего пространства. Сила воздействия рисунков во внушаемости образов «Рая». Почти нематериальные очертания круга передают ощущение свето-воздушной безграничности. Языки пламени душ, возникающие из трепещущих орнаментальных завитков, отражают звучание небесного света. Художник показывает отсвет райских видений в фигурах путешественников, в их мимике, согласованности движений, игре складок их одежд.

И еще одна особенность появляется в последних рисунках серии: Беатриче, это воплощение красоты, некрасива и почти на две головы выше Данте! Нет сомнения в том, что этим масштабным различием Боттичелли стремился передать большую значимость образа Беатриче и, может быть, то ощущение ее превосходства и собственного ничтожества, которое испытывал в ее присутствии Данте. Проблема соотношения красоты физической и духовной постоянно вставала перед Боттичелли, и он пытался решить ее, дав язычески прекрасному телу своей Венеры лицо задумчивой Мадонны. Лицо Беатриче не красиво, но у нее поразительно красивые, большие и трепетно одухотворенные руки и какая-то особая порывистая грация движений.

Смысл «Комедии» сплетается с неоплатоническим представлением о высшем мире проявления сверхчувственной красоты, где душа, свободная от телесного плена, поднимается через созерцание ступеней божественной эманации к изначальному и конечному Единству.

Портрет Данте. Боттичелли. Ок. 1495. Женева. Частное собрание.